Весьма важно при этом отметить, во избежание недопонимания, что нормы судебного правотворчества имеют довольно специфический характер, не всегда укладывающийся в традиционно сложившееся в отечественной юридической науке представление о них.
Речь при этом идет,.в частности, о так называемых «индивидуальных правовых нормах», которые создаются судами и широко исследуются в зарубежной литературе. Имеется в виду также тот «нормативный симбиоз», который складывается в результате органического сочетания индивидуальных норм с общими нормами.
Когда судебная ветвь власти, пишет по этому поводу израильский проф. А. Барак, создает «индивидуальную правовую норму, т. е. норму, обязывающую только стороны в деле, она участвует не в судебном правотворчестве, а просто в отправлении правосудия». Судебное же правотворчество, будучи неразрывно связанным с процессом создания индивидуальных правовых норм, самым непосредственным образом ассоциируется с формированием «обязывающего прецедента»1. Специфичность последнего заключается в том, что содержащееся в судебном решении правило «обязывает не только стороны в конфликте, но и все общество. Творчество суда по отцравлению правосудия приобретает тем самым общее действие»2.
Осознавая и стремясь подчеркнуть особенность судебного правотворчества и порождаемых им норм, некоторые отечественные авторы вполне оправданно, на наш взгляд, именуют их «своеобразными» нормами, или «квазинормами»3. Тем самым, как представляется, в определенной мере снимается тот искусственный пафос и острота спора, которые время от времени возникают по поводу того, создает ли Конституционный Суд России новые нормы права гаи же он только применяет, толкует и уточняет уже существующие нормы. Является ли суд в этом смысле «правоприменителем» или же он одновременно выступает и в роли «судейского законодателя».
Исходя из особенностей судейского правотворчества и порождаемых им «своеобразных» норм по сравнению с парламентским правотворчеством и порождаемых им обычных «классических» норм, вполне логичным, было бы предположить, что в современных российских условиях, на переходном этапе специфичность судейского правотворчества и своеобразие исходящих от него норм, с неизбежностью обусловливают также возникновение новых, соответствующих им форм.
Речь при этом идет, в частности, о такой форме судейского права, порождаемой Конституционным Судом, как «правовая позиция Конституционного Суда»\ а также - о других формах судейского права2, порождаемых Верховным Судом Российской Федерации и Высшим Арбитражным Судом.
§ 4. Правовые позиции Конституционного Суда как форма судейского правотворчества
1. Наряду с судебной практикой как источником права в отечественной юридической литературе последних лет значительное внимание уделяется анализу «правовой позиции»3.
Данная, совершенно новая, вошедшая в научный обиход только в начале 90-х гг. XX столетия, юридическая категория, неизменно ассоциируется лишь с конституционным правом, конституционной доктриной и, соответственно, с Конституционным Судом.