Не. подвергая сомнению очевидное, а именно - то, что положительное право вместе с его различными формами и источниками как было, так и остается порождением государства и его воли, авторы - неопозитивисты вместе с тем отстаивают тезис о том, что фактически государственные институты все в большей степени/под влиянием целого ряда социальных и иных факторов, утрачивают свою «первозданную чистоту» и трансформируются в некие новые, в максимальной степени приближенные к обществу и общественным запросам институты.

На основе данного основополагающего тезиса в научной юридической литературе развиваются два других производных от него тезиса: один из них - об изменении сугубо императивной природы и характера государства, не способного больше продуцировать в одностороннем порядке авторитарное по своей сути позитивное праве, а второй тезис - о постепенном сближении по мере развития общества и государства позитивного и естественного права.

Оба эти тезиса, равно каюи лежащий в их основе, основополагающий тезис направлены, как это легко заметить, на то, чтобы несколько «смягчить» укоренившееся в массовом сознании представление о государстве как о монополисте в области правотворчества, способном создавать такие, покоящиеся исключительно на принудительной силе, нормативные акты, которые не только не отвечают интересам общества, а наоборот, полностью противоречат и издаются в ущерб им.

Последнее касается не только авторитарных и тоталитарных режимов, как правило, полностью контролирующих все общество, но и ряда «демократических» режимов, таких, например, как государственные режимы современной России и других государств, образовавшихся на территории бывшего СССР. Прово-лившиеся в начале 90-х годов в этих государствах .«реформы» и «приватизация», практически разорившие национальную экономику и повергшие в нищету подавляющую часть общества, проводились, отнюдь, не только на «произвольной» чиновничье-по-лукриминальной основе, но и на базе создавшегося «новыми демократиями» указного (указы президентов) и иных форм позитивного права.

8. Наряду с попытками изменения имиджа государства -' монопольного производителя, контролера и правопринимателя позитивного права, в отечественной и зарубежной литературе издавна принимались попытки изменения представления «в лучшую сторону» и о самом позитивном праве - его понятии, содержании и т. д.

Делалось это не только за счет «сближения» положительного, официального по своей природе права с неофициальным, естественным правом, но и за счет расширения его понятия.

Так, если традиционное представление о позитивном праве основывается на том, что оно является результатом исключительно государственного правотворчества, что над ним стоит и его обеспечивает только государственная сила, государственный авторитет, то обновленное, расширительное толкование и понимание, позитивного права исходит из того, что оно порождается и обеспечивается не только государственным, но и иным «внешним авторитетом

. «Правом позитивным, или положительным, - писал в связи с этим Е. Н. Трубецкой, - называется то, коего обязательность обусловливается тем или другим внешним авторитетом, например, авторитетом государственной власти, церкви, авторитетом отцов и детей, руководствовавшихся теми или иными обычаями, словом, - авторитетом той или иной общественной среды, от имени которой высказывались и действовали те или другие лица или органы власти»¹.