В структурном отношении субъективное естественное право приравнивается к любому иному субъективному праву. Оно выражается в возможности: а) самостоятельного, обусловленного исключительно волей и интересами лица - носителя этого права, действия; б) требования должного поведения со стороны других лиц; в) пользования определенными, предусмотренными тем или иным субъективным правом, социальными благами; и г) обращение лица в случае нарушения его, закрепленного в норматив-но-правовых актах субъективного естественного права за защитой не только к общественному мнению, но и к соответствующим государственным органам².

Однако.во всех других отношениях субъективное естественное право существенно отличается от субъективных прав,-возникающих в процессе реализации позитивного права. К наиболее важным признакам, выделяющим субъективное естественное право среди других субъективных прав, относятся такие, как: 1) возникновение и, соответственно, принадлежность данного права их лицу с момента его рождения; 2) неотъемлемость (неотчуждаемость) субъективного естественного права; 3) выражение в субъективном естественном праве наиболее существенных потребностей и возможностей человека; и 4) непосредственный и объективный характер реализации субъективного естественного права³.

Проводя различие между объективным естественным правом как неким социально-правовым явлением в целом и субъективными естественными правами, следует отметить, что когда речь идет о формах и источниках естественного права, то имеется в виду, прежде всего объективное естественное право, которое рассматривается зачастую в неразрывной связи и взаимодействии с позитивным правом в качестве ее составной части, моральной основы, наконец, прообраза для всякого законодательства»¹.

Во-вторых, отличительной особенностью естественного-права, имеющей важное значение для решения вопроса о его формах и источниках, является его в значительной мере идеалистический характер.

В отечественной и зарубежной литературе издавна подмечалось, что не только естественное, но и в определенной мере позитивное право отличается идеализмом. «Право есть идеализм, как это не звучит парадоксально», - писал Р. Иеринг. И тут же пояснял, что это «не идеализм фантазий, но идеализм характера, т. е. мужчины, который чувствует себя самоцелью и пренебрегает всем остальным, если оскорблено это святилище его. Откуда исходит это нападение на его право - для него безразлично: со стороны ли единичной личности, собственного целого или чужого народа. Сопротивление таким нападениям вызываются не личностью нападающего, а энергией собственного чувства права, нравственной силой, с какой оно обыкновенно отстаивает себя»².

Однако, идеализм позитивного права, если таковой существует вообще, представляет собой весьма незначительный феномен по'сравнению с идеализмом естественного права.

¦ Последний; вобравший в себя, по словам Е. Н. Трубецкого, постулаты нравственного идеализма, признающего существование «вечного закона добра», и воззрения «современных эволюционистов, рассматривающих нравственность как продукт истории»³ не идет ни в какое сравнение с любым иным правовым идеализмом.